Экзамен первокурсницы  - Анна Сокол

– Что? Нет, я… магия действует не так. – Девушка смешалась.

– Так что нам делать? – спросила Гэли. – Тоже пойти к магистрам? Может, если мы придем все вместе, они нас выслушают?

– У меня есть идея получше. – С этими словами Оуэн развернулся, моя рука соскользнула с его локтя, и рыцарь зашагал к атриуму.

Мы с Гэли переглянулись и поспешили следом, слыша, как за спиной чертыхается Этьен, как стучит трость Мэрдока, как жалуется на что-то Алисия.

Наверное, впервые на моей памяти площадь, на которую выходили фасады главных зданий трех факультетов Академикума, была пуста. Сегодня тут не сновали студенты, не бегали с поручениями старшекурсники, не смеялись девушки, не назначали встречи молодые люди. Сегодня здесь властвовал лишь ветер, наметая сугроб легкого как пух снега с правой стороны атриума. На белое крошево ложился теплый желтый свет из окон. Он казался таким близким и таким далеким, таким правильным, что мне нестерпимо захотелось очутиться в теплой комнате, у горящего камина и протянуть замерзшие руки к огню.

– Неужели станет еще холоднее? – словно подслушав мои мысли, спросила подруга.

В ответ ветер швырнул в лицо новую порцию ледяного воздуха, от которого перехватило дыхание. Очень хотелось замотать лицо в матушкину шаль. А еще выпить горячего кинилового отвара. Или даже глоток бренди из папенькиных запасов.

Крис дошел до перил, смахнул с них снег и, перегнувшись, посмотрел вниз, совсем как я когда-то. Совсем как тогда, внизу яркими всполохами расцветали голубые струи огня. Но сейчас земля внизу была покрыта сплошным снежным ковром. Зимнее море, такое обманчивое в своем спокойствии…

– Видите вот тот блик? – Барон указал рукой куда-то вправо.

– Нет, – честно ответила я, и Гэли тоже помотала головой.

– Не важно. Там кабина управления Академикумом.

– Уверен? – спросил Этьен, перегибаясь через перила следом за бароном. – Я ничего не вижу.

– Уверен, к тому же маг подтвердил.

Хоторн хмурился так же, как и все, старясь разглядеть кабину управления.

– Допустим, – не стал спорить Этьен. – Что за идея?

– Я хочу заглянуть туда. – Крис выпрямился, а я в первый момент даже не поняла, отчего побледнела Гэли. – Спуститься вниз и посмотреть, почему магистры не могут повернуть эту махину на сто восемьдесят градусов.

– Сколько градусов? – переспросила я и тут же разозлилась: – При чем тут температура, барон? Какое отношение она имеет к тому… к тому… – Я снова заглянула в окошко атриума, и, наверное, впервые от вида Зимнего моря у меня закружилась голова. – Скажите, что вы шутите, что вовсе не собираетесь спускаться туда? – попросила я.

– Увы, – без всякого сожаления ответил Крис, рассматривая отвесную стену Острова. – Правда, боковой ветер может стать проблемой.

– Ветер я могу взять на себя, – произнесла вдруг Гэли. Я с возмущением обернулась к подруге, а та, несмело улыбнувшись, спросила: – А что, будет лучше, если он сорвется?

– Будет лучше, если он не полезет, – отрезала я и посмотрела на сокурсников. На лице Мэри было смущение, на лице Алисии – скука, Этьен ухмылялся, Гэли с интересом смотрела вниз. Кажется, они не видели ничего страшного в том, чтобы спуститься через атриум под брюхо Острова, пройтись по карнизу, опоясывающему днище, а затем и вовсе повиснуть на нем, чтобы заглянуть в стекло кабины, которую мы даже не видели. И все это на скорости, что развил за последние сутки Академикум. Я посмотрела на Мэрдока. – Хоть вы ему скажите, граф. Скажите, что это самоубийство.

– Самоубийство, – вдруг поддержал меня Хоторн, но не успела я порадоваться, как он добавил: – Идти в одиночку, без партнера и страховки. Поэтому я иду с вами.

– Что? – спросили мы с Крисом одновременно.

– Мне совестно напоминать, но у тебя одна нога чуть короче, – заявил барон.

– Так я не на бал вызвался сопровождать вас, барон, и не кренделя на паркете выписывать. А земле абсолютно все равно, какой длины у меня ноги. Если вы сорветесь, то сорветесь. Если я, то моя магия удержит нас обоих. Удержит земля Острова, его щебень и песок. К тому же я сказал, что кабина управления пуста. А за свои слова я привык отвечать. – Голос Хоторна стал холодным, как лед, что продолжал проплывать внизу.

– Девы! – едва слышно простонала я.

– Когда вы успели стать столь благоразумной, леди Ивидель? – насмешливо спросил Оуэн, не пытаясь больше отговорить графа.

«Никогда!» – хотелось ответить мне. Я не была благоразумной, как ни старалась, ни когда оставалась с бароном наедине, ни когда ехала за ним в острог, ни когда… Да какой смысл вспоминать все мои выходки! Мои поступки были вызывающими, сумасбродными, но они не были смертельными. А ведь стоит Крису оступиться – это будет очень долгий полет. И очень короткий.

Наверное, он прочел что-то в моих глазах, потому что голос барона смягчился:

– Через пару дней мы будем в Разломе, так стоит ли осторожничать?

– Не знаю, – ответила я. Даже два дня казались мне очень длинным промежутком времени, за эти два дня могло произойти все, что угодно.

– К тому же без вас, леди Астер, ничего не получится. Наш путь пересекается с пламенем вот из того сопла. – Барон указал на крайний левый раструб, из которого как раз вырвалась и тут же погасла, растворясь в морозном воздухе, струя голубоватого пламени. – Один, два, три, – начал отсчет Крис, – четыре. – И струя пламени снова вспорола воздух. – Четыре с половиной секунды. Это много. Но этого может не хватить, особенно если пойдем вдвоем. Нам нужен маг огня, леди. Маг, который погасит пламя, если оно вознамерится поджарить кого-то из нас. Вы поможете?

Я молчала, глядя на очередной выплеск пламени и пытаясь ответить на этот вопрос хотя бы для себя. Я чувствовала огонь, чувствовала, как он зарождается в утробе Острова, как разрастается в его каналах и рвется на свободу. Это пламя было заковано в броню, со всех сторон зажато металлом, словно дикий зверь в норе. И выход из этой норы можно было попробовать перекрыть.

Но, как сказал Хоторн, разогнать всегда проще, чем остановить. Я бы попробовала, если бы от этого не зависела жизнь Криса. Я бы это сделала, если бы она зависела. Девы, я никогда раньше не пыталась вмешаться в работу огнедышащих механизмов, никогда не пыталась ее нарушить. Каждое пущенное в полет зерно изменений влечет за собой последствия, как каждый незатянутый ремешок или не завязанная лента.

– А если она, вместо того чтобы остановить пламя, сожжет весь Остров, как корпус Маннока? – спросила Алисия. Видимо, мысли наши двигались в одном направлении.

– Хватит уже вспоминать про этот корпус! – развернулась к ней Гэли.

– Крис, я нашел только пятьдесят ме… – Мы увидели приближающегося к атриуму со стороны Ордена Жоэла с бухтой веревки на плече. Не договорив, парень вдруг остановился, посмотрел нам за спины.